Я перестал произносить, что люблю детей
kudey

Позднем вечером на дежурстве (я работаю педиатром), меня пригласили на чаек детские кардиохирурги. Точнее кардиохирург был один, еще точнее он не дежурил, просто накануне он провел тяжелейшую операцию по сложному врожденному пороку сердца новорожденному ребенку. Формально можно идти домой доверив ребенка реаниматологам, но на практике кардиохирурги так не поступают, практически никогда. Все равно дома покоя не будет, пока не удостоверишься, что ребенку ничего не угрожает.

За разговорами за жизнь детский кардиохирург (лучший по профессии в нашем регионе), обронил фразу, которая четко сформулировала мои ощущения за последний год «Я перестал произносить, что люблю детей». В ординаторской воцарилось молчание.

Действительно, и я педиатр с двадцатилетним стажем, который оказался в педиатрии именно по причине любви к детям, перестал произносить об этом вслух.

            Однажды проходя по холлу своей больницы, я стал свидетелем одного разговора, один посетитель спросил у молодого человека в трико и футболке как пройти на третий этаж. В ответ, молодой человек по-своему сострил «к педофилам?» Посетитель заметно смутившись поправил «в детское отделение»… После того как кровь схлынула с моей головы, я почувствовал страх. Да именно страх, подобно тому какой испытывали женщины в средневековой Европе. Страх быть оклеветанным и растоптанным, невзирая на заслуги, просто потому, что кому то наверху захотелось подправить свои предвыборные рейтинги, народу захотелось чьей то крови…

            Практически рефлекторно, я отказался от практики осмотра больных детей «сглазу на глаз» в отсутствии родителей или  других (взрослых) третьих лиц. По-настоящему  прочувствовал старую истину, что у врача только один друг и помощник – медсестра. Теперь медсестра не только друг и помощник, но и главный защитник врача.

            Обидно, что список традиционных стереотипов, что все секретарши проститутки и все танцоры геи, пополнился еще одним (или несколькими) – если мужчина работает с детьми, то он педофил.

            Понимают ли псевдоборцы за права детей, что если в педиатрии не останется мужчин врачей, а в школах учителей мужчин, в спортивных секциях мужчин тренеров, то именно дети и пострадают в первую очередь. За двадцать лет практики я не видел ни одного ребенка пострадавшего от действий педофилов (хирурги припомнили один случай изнасилования). Я не понимаю, за что же чернят нас, специалистов преданных детям.

            Я перестал произносить, что люблю детей.


?

Log in